Троцкий жил, Троцкий жив, Троцкий будет жить

, Прошлое  •  227


Август-2020 ознаменован двумя довольно интересными юбилеями. 100 лет назад, 15 августа 1920 года, Красная армия потерпела поражение под Варшавой в столкновении с польской армией под командованием маршала Пилсудского... А еще через 20 лет, 20 августа 1940 года, создатель Красной армии товарищ Троцкий получил удар ледорубом по голове, в результате которого на следующий день скончался. 

На первый взгляд, два эти события разного порядка. На самом же деле, они связаны глубинными кармическими связями, которые тянутся даже в сегодняшний день – и, вероятно, не потеряют актуальности до скончания мира. 

Впрочем, по порядку. Начнём с того, что если бы в августе 1920-го Красная армия взяла Варшаву (в чем большевистские лидеры ни минуты не сомневались), мы сегодня жили бы совсем в ином мире (а, скорее всего, нас не было бы вовсе). Со взятием Варшавы перед Троцким и Тухачевским открывался прямой путь на Берлин, через полностью разоружённой Версалем Германию и далее в Европу. 

Советские газеты в те дни писали в романтическом духе: 

На Запад! 

На Запад, рабочие и крестьяне! 

... Устремите свои взоры на Запад. 

На Западе решаются судьбы мировой революции. 

Через труп белой Польши лежит путь к мировому пожару. 

На штыках понесём счастье и мир трудящемуся человечеству. 

На Запад! К решительным битвам, к громозвучным победам! 

(«Правда», 9 мая 1920) 

Да, если бы в августе пала Варшава, вероятно, уже в сентябре коммунизм восторжествовал бы в Германии. Следующей настала бы очередь уже готовой взорваться изнутри революцией Франции. А затем не осталось бы следа от Испании и Италии. И мечта Троцкого – стать главой Земшарной республики Советов (во всяком случае – на территории континентальной Европы) стала бы явью. 

Но случилось иначе: август 1920-го оказался точкой как высшего взлёта, так и сокрушительного падения Троцкого, падения, после которого он уже не оправился. И тогда же, в августе 1920-го, начинает восходить звезда Иосифа Сталина, с которым Льва Давидовича всю жизнь связывала лютая, инфернальная ненависть. 

Сталин, будучи принципиальным противником похода на Варшаву, находился в это время на львовском направлении советско-польского фронта и в критический момент выступил против переброски юго-западных армий на западное направление. 

Вскоре, на сентябрьской конференции РКП(б) в Москве, между заклятыми врагами состоялась яростная схватка. Сталин и Троцкий обвиняли друг друга в неудаче. И хотя Ленин занял сторону Троцкого, ясно, что вся тяжесть вины за стратегическое поражение не могла не лечь на плечи наркома военных дел, председателя высшего военного совета и фактически второго человека в государстве. Именно в эти дни мечта Троцкого стать новым Бар-Кохбой (сыном Звезды, так звали неудачливого мессию второго века христианской эры, потерпевшего поражение в схватке с Римом) рассыпалась в прах. 

Ровно двадцать лет спустя ситуация сложилась не менее интригующе. В это время набирает силу 4-й Интернационал Троцкого, ширится мировое троцкистское движение. Троцкистские соцпартии появляются во всех странах Европы, в Азии, в Латинской Америке. Широкое троцкистское движение возникает в США. Здесь доверенным лицом Троцкого становится Макс Шахтман, будущий отец-основатель неоконсерватизма. 

В 1937 году тысячи американских евреев под троцкистскими знаменами ринутся в Испанию воевать с националистами Франко и католической церковью. Здесь троцкистская партия ПОУМ, прославившаяся своими зверствами, вступит в прямое столкновение не только с испанскими националистами, но и с коммунистами Долорес Ибаррури (которая назовёт деятельность ПОУМ «анархо-троцкистским путчем»), и советскими военными инструкторами, посланными в Испанию Сталиным. 

Вскоре НКВД предпримет безжалостную зачистку лидеров ПОУМ. И станет окончательно ясно, что противостояние сталинизма и троцкизма принимает форму открытой войны. Через год ситуация окончательно кристаллизовалась. Создание Четвёртого интернационала, официально учреждённого в 1938-м (в создании которого примет самое деятельное участие Макс Шахтман), означало фактически явление нового центра мирового коммунистического движения во главе с США. В это время возле Троцкого возникает круг преданных американских сподвижников, сама же Америка становится признанным лидером мирового троцкистского движения. 

Для идеологического оформления новой рабочей идеологии Троцкий пишет книгу «Преданная революция. Что такое Советский Союз и куда он идёт» (1936-1937), главную свою концептуальную работу («библию троцкистских сект», как её называют биографы Троцкого), и фундаментальный труд «Сталин» (1938-1040), в котором советский вождь предстаёт в демоническом образе хозяина Дантова ада. Именно на этой книге будут построены все последующие либеральные биографии Сталина. 

В это время (особенно после заключения пакта Молотова – Риббентропа в 1939-м) раскол мирового рабочего движения начинает принимать угрожающие формы, а американский коммунизм (состоящий почти исключительно из евреев), окончательно отворачивается от СССР. Одновременно внутри самого американского троцкизма происходит эпохальный раскол, в результате которого соцпартия Макса Шахтмана начинает претерпевать удивительные метаморфозы, завершающиеся созданием неоконсерватизма. Идея Шахтмана и его товарища Ирвинга Кристола (легендарного лидера неоконов) была проста и гениальна. Поскольку СССР перестал быть очагом и базой мировой революции, следует пойти иным путём. А именно: взять власть в крупнейшей капиталистической стране и со всей её военной мощью (и поддержкой финансовой олигархии) захватить мир. 

В начале 1970-х социалисты Шахтмана вливаются в левое крыло Демпартии США, где под крылом сенатора-ястреба Скупи Джексона начинают яростную борьбу с СССР. В это время неоконам принадлежит честь введения поправки Джексона – Вэника (начало санкционной войны с Советским Союзом) и создание диссидентского движения в СССР. В начале 80-х неоконы переползают в штаб ястреба-республиканца Рональда Рейгана и становятся во главе его внешней политики, объявляя СССР «империей зла»... В 90-х и 2000-х, в команде семьи Бушей, разворачивают войну на Ближнем Востоке... 

Уже много позднее известный неокон, специалист по внешней политике США Майкл Ледин откровенно заметил: «Кто при Рейгане думал, что мы сломаем СССР? А ведь прошли какие-то восемь лет! Мы просто взяли на зарплату диссидентов – и все. Случилась демократическая революция, и страна разрушилась»... Впрочем, оставим пока неоконов в покое и вернёмся к товарищу Троцкому. Итак, к 1940 году становится окончательно ясно, что борьба троцкизма и сталинизма, то есть идеи социализма «имперского типа» и мессианского «мирового пожара», обретает поистине глобальный масштаб. Следовательно, устранение источника «пожара» становится делом, говоря словами товарища Ленина, «архиважным». 

Кольцо НКВД вокруг Старика (большевистская кличка Троцкого) постепенно сжимается, и 20 августа 1940 года происходит развязка. Испанский коммунист Рамон Меркадер, внедрённый в окружение Троцкого ещё в 1938 году, появляется на пороге его мексиканского дома в плаще со спрятанным за полой кинжалом и ледорубом, и с просьбой прочитать посвящённую ему, Троцкому, статью (прямо достоевская сцена, не правда ли?). Улучив момент, новоявленный Родион Раскольников наносит «старухе-процентщице» мировой революции удар в затылок. Добить свою жертву Меркадеру, правда, не удаётся. В мир иной Лев Давыдович отправится лишь на следующее утро, 21 августа... 

Когда отдавая приказ на устранение своего стратегического врага, Сталин отмечал, что «в троцкистском движении нет важных политических фигур, кроме самого Троцкого», он во многом был прав. Непосредственная угроза Коминтерну с устранением Льва Давыдовыча миновала. Однако с троцкизмом как таковым далеко не было покончено. Ни сразу, ни через десять, ни через восемьдесят лет. Троцкизм не просто выжил, но превратился в ведущую политическую силу – не только Америки, но и всего мира. 

Политические молодёжные движения 1960-х были инфильтрованы троцкизмом и шли во многом под троцкистскими и неотроцкистскими лозунгами. Под троцкистскими знамёнами шла и советская «оттепель» 60-х. Да и валили СССР в конце 1980-х – начале 90-х также с непосредственным участием неотроцкистских (неолиберальных и неоконсервативных) сект. 

Сегодняшние движения BLM и «Антифа», ставящие своей целью снос уже всей белой цивилизации под корень – это фактически троцкистские движения. А современный неотроцкизм соросовского извода финансирует цветные революции и «новую этику» меньшинств по всему миру, от Латинской Америки до Восточной Европы. 

В 2018 году Генассамблея ООН объявила 21 августа «Международным днём памяти и поминовения жертв терроризма». Кому-то, наверное, покажется это случайным? Конечно, всё в нашем мире происходит случайно и перманентно... Но, как говорят в народе, и на старуху найдётся проруха, и на каждую «перманентную революцию» – свой Меркадер…

Владимир Можегов

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

Загрузка...

Рекомендуем почитать

Новости партнеров