Трагедия и героизм Московского ополчения

, Прошлое  •  147


Как формировались и погибали народные дивизии, остановившие вермахт

История Московского ополчения — одна из самых драматичных страниц битвы за столицу СССР. В октябре-ноябре 1941 года на западных подступах к Москве разгорелись ожесточённые сражения между Красной Армией и превосходящими силами нацистских захватчиков.

Враг рассчитывал разгромить части РККА до начала декабря и переждать зиму в оккупированной столице. Однако этим планам не суждено было сбыться. Ценой колоссальных усилий и огромных потерь советские войска отстояли Москву, а затем отбросили вермахт на десятки километров в ходе контрнаступления.

Неоценимый вклад в первую крупную победу Красной Армии, имевшую большое моральное и стратегическое значение для всей страны, внесло Московское ополчение. Плохо вооружённая народная пехота приняла основной удар танковых и моторизированных частей вермахта

Эта была самоубийственная схватка. Преимущество противника было абсолютным, причём не только в технике. На каждого красноармейца приходилось примерно 4 немца, на каждое советское артиллерийское орудие — шесть вражеских. Превосходство в танках было таким, что до сих пор не укладывается в голове. По подсчётам историков, боевых машин оккупантов под Москвой осенью 1941 года было в 31 раз больше, чем советских!

О количестве погибших ополченцев точных данных нет. Велика вероятность, что жертвенный подвиг совершили до 70-90% личного состава народных дивизий. Осенью 1941 года Московское ополчение было единственным резервом РККА, и оно с честью выполнило свою великую миссию.

Боевое крещение

Необходимость создания резервных частей Красной Армии была осознана советским командованием уже в первые дни войны. Успехи вермахта были ошеломляющие — немцам потребовалось лишь две недели на оккупацию западных территорий СССР. К осени в боях с врагом и котлах погибла почти вся кадровая армия страны.

Государственный комитет обороны (ГКО) прекрасно понимал, какие планы вынашивает Гитлер. Ключевой целью нацистов на западном направлении был захват Москвы. В связи с этим началась подготовка резерва, который можно было задействовать на строительстве оборонительных сооружений и бросить в бой, если ситуация станет критической.

4 июля 1941 года ГКО принял постановление № 10 «О добровольной мобилизации трудящихся Москвы и Московской области в дивизии народного ополчения». За несколько дней было набрано до 140 тысяч граждан, не подлежавших призыву на срочную службу. Из этого числа добровольцев органы военного управления сформировали 12 народных дивизий

Соединения получили номера по партийному ранжиру районов Москвы: 1-я — Ленинского района, 2-я — Сталинского района, 4- я — Куйбышевского района, 5-я — Фрунзенского района, 6-я — Дзержинского района, 7-я — Бауманского района, 8-я — Краснопресненского района, 9-я — Кировского района, 13-я — Ростокинского района, 17- я — Москворецкого района, 18-я — Ленинградского района, 21-я — Киевского района.

Уже в середине июля командование Западным фронтом рассчитывало бросить ополченцев на защиту Смоленска. Военный совет Московского военного округа спас добровольцев, доложив Сталину, что сформированные дивизии не боеготовы. В результате ГКО принял решение отправить ополчение на обустройство Можайской линии обороны.

Можайская линия обороны включала три оборонительных полосы. Главная — проходила по линии река Лама — Волоколамск — Бородино — Ильинское — Детчино — Калуга — Тула. Вторая полоса строилась на рубеже Клин — Дорохово — Высокиничи, третья — обустраивалась в ближнем Подмосковье (Хлебниково — Нахабино — Домодедово).

Правда, боевое крещение ополчение получило не под Москвой, а в боях у Ельни, где совместно с войсками НКВД сражалось с десантном вермахта. Участие в поисках и уничтожении нацистов принимали бойцы 6-й дивизии

В конце июля добровольческие формирования были переброшены с Можайской линии обороны на расположенный неподалёку Ржевско-Вяземский оборонительный рубеж. Там они перешли под командование будущего маршала Георгия Жукова. Август и сентябрь под обстрелами противника ополчение занималось сооружением инженерных укреплений.

В конце сентября народные дивизии получили наименование стрелковых. 1-я, 2-я, 4-я, 5-я, 7-я, 8-я, 9-я, 13-я, 17-я, 18-я, 21-я дивизии стали соответственно стрелковыми 60-й, 2-й, 110-й, 113-й, 29-й, 8-й, 139-й, 140-й, 17-й, 18-й, 173-й. Что означало это переименование?

Номинально ополченцы превратились в кадровых военнослужащих. Хотя данный факт не означал радикального повышения уровня боеготовности бывших добровольцев. На обучение ополчения не было ни времени, ни ресурсов. Статус стрелковых дивизий позволял советскому командованию латать комсомольцами и интеллигентами дыры на участках фронта вблизи Москвы.

Идущие на смерть

Привлечение ополчения к обороне страны — это всегда исключительная мера, свидетельствующая о том, что подвергшееся агрессии государство оказалось в крайне тяжёлом положении. Как правило, добровольцы выполняют вспомогательные функции и редко привлекаются к боевым операциям из-за слабой выучки.

Например, в Отечественной войне 1812 года русское ополчение безусловно сыграло значимую роль в разгроме армии Наполеона. Однако в основном оно занималось партизанской деятельностью, и лишь небольшая часть добровольцев участвовала в крупных сражениях с французами. Например, в Бородинской битве были задействованы около 1,5 тысячи ополченцев. Они входили в состав 3-го пехотного корпуса и действовали под командованием генерала Николая Лебедева.

В 1941 году Красная Армия не могла позволить себе такой роскоши. Катастрофическая ситуация на фронте превратила ополчение, по сути, в единственный резерв в битве за Москву, несмотря на чудовищный дефицит оружия и обмундирования.

В июле 1941 года ополченцам выдали старое иностранное оружие, которое после гражданской войны хранилось на столичных складах. Впоследствии ситуация со снабжением улучшилась, и народные соединения начали получать штатное вооружение РККА, но его всё равно не хватало. Огромные трудности наблюдались с поставками зимней одежды и обуви.

Естественно, что с таким уровнем материально-технического обеспечения невозможно создать боеспособное войско. О положении дел в рядах Московского ополчения красноречиво говорят результаты проверки 4-й дивизии, которую провёл политотдел 35-й армии

Как выяснили политруки, в соединении практически не было людей даже с минимальным опытом военной службы. Более того, при укомплектовании бойцы не прошли медицинский осмотр и часть из них (из-за физических недугов) была абсолютно не пригодна для выполнения задач в рядах РККА.

На одну винтовку в среднем приходилось по 150 патронов, на один пулемёт — 2 тысячи. На стрельбищах ополчение показало неудовлетворительные результаты. По штату военного времени народная дивизия должна насчитывать 11633 человека, из них рядовых 9160. Однако общая численность солдат и офицеров 4-й дивизии была меньше 6 тысяч человек.

Из кого набирались народные дивизии? В добровольцы, помимо старшеклассников и студентов (комсомольцев), шли убеждённые коммунисты, представители творческих и интеллектуальных профессий, то есть люди с высшим образованием и учёными степенями. Иными словами, на верную смерть уходили подростки, молодёжь и прослойка общества, которую принято называть цветом нации

В частности, костяк 4-й дивизии составляли граждане в возрасте от 30 до 50 лет. До июля 1941 года они трудились инженерами, экономистами, бухгалтерами, педагогами, агрономами, юристами и журналистами.

Жертва не была напрасной

Появление Московского ополчения — свидетельство колоссального патриотического порыва молодёжи и старшего поколения. Однако, если оставить в стороне эмоции, то столь ценный человеческий ресурс гораздо рациональнее было бы использовать на гражданке — например, в промышленности, экономическом и финансовом планировании, строительстве, искусстве и пропаганде. Здесь московские ополченцы могли бы принести государству гораздо больше пользы, чем в армии.

Можно ли винить в трагедии Московского ополчения руководство СССР? И да, и нет. Безусловно катастрофа на Западном фронте, из-за которой пришлось формировать народные дивизии, стала следствием череды фатальных ошибок Сталина и его окружения. Страна не была готова к войне, и её власти, включая лидера, несут за это основную долю ответственности.

Однако был ли у ГКО иной выход в ситуации, которая сложилась в первые недели гитлеровского вторжения? Кто мог встать на защиту Москвы, если кадровая армия сгорела, а на подготовку в тылу более-менее боеспособного резерва требовалось как минимум несколько месяцев?

В условиях осени 1941 года советское командование было вынуждено бросить в сражение с оккупантами те войска, которые на тот момент удалось мобилизовать. Поэтому жертва Московского ополчения не была напрасной. Школьники, студенты, преподаватели, учителя, инженеры, бухгалтеры и агрономы спасли столицу, и предоставили государству возможность подготовить ответный удар по захватчикам.

Алексей Капустин

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

Загрузка...

Рекомендуем почитать

Новости партнеров