Подвиг русского партизана

, Прошлое  •  215


Если представить себе историю Великой Отечественной войны в виде книги, то это, пожалуй, будет огромный фолиант в роскошной обложке, вызолоченной и затейливо украшенной. Внутри же любой, кто его откроет, обнаружит не только ровные строки и красиво оформленные иллюстрации, но также огромные пробелы, нещадно перемаранные и много раз переписанные, а то и вовсе «выдранные с мясом» страницы и даже целые главы.

Увы, вопреки титаническому труду целых поколений как профессиональных историков, так и поисковиков-любителей (зачастую намного более эффективных, а, главное – беспристрастных и объективных в своей деятельности), несмотря на действительно трепетное и неравнодушное отношение большинства наших сограждан к Великой Отечественной, ее летопись по сей день зияет «белыми пятнами». Забытые подвиги, непризнанные герои, оставшиеся неизвестными бои и схватки, каждая из которых должна служить образцом высочайшего мужества и стойкости защитников нашей Родины… Иногда в совершенно незаслуженной «тени» оказываются даже ярчайшие эпизоды великой эпопеи, вместо которых кое-кто тут же начинает пытаться вписывать в нее собственные гнусные измышления. Об одном из таких эпизодов мы и вспомним сегодня.

Одессит из Горловки

Знакомьтесь: Константин Александрович Чехович. Советский партизан, которому с полным на то правом мог бы быть присужден титул «Самый эффективный диверсант Великой Отечественной». Отправить в преисподнюю одним махом, самое малое - батальон нацистского отребья, а то и полтора (по разным оценкам эта боевая единица Вермахта могла насчитывать от 500 до 600 единиц личного состава), да вдобавок еще и несколько десятков представителей старшего и высшего командного состава, причем принадлежавших не только к простым армейцам, но также к нацистским разведке и контрразведке – это вам не шутки!

Впрочем, не будем забегать наперед, а начнем, как и положено, с начала. Родился наш герой в городе, заслуженно носящем название «жемчужина у моря» в 1919 году. Техническая жилка и талант в обращении с самыми разными механизмами проявился у Кости довольно рано, а потому с выбором дальнейшего жизненного пути особых проблем не возникло – он поступил в Одесский индустриальный институт, который и закончил с успехом. Молодые специалисты в Советском Союзе, превратившемся в 30-е годы ХХ века в одну грандиозную стройку, были, что называется, нарасхват. Судьба занесла молодого одессита на Донбасс – в Горловку, где он довольно быстро стал заместителем начальника отдела местного коксохимического завода. Впрочем, кадры с образованием позарез нужны были и Красной армии, в ряды которой Чехович был призван в 1939 году. Великую Отечественную он встретил уже не просто кадровым военным, а офицером. К тому моменту старший лейтенант Чехович уже был командиром саперного взвода 62-го стрелкового полка 10-й стрелковой дивизии РККА, дислоцировавшейся в Литве. Заметьте – никаким не «крутым» спецназовцем, а просто крепким профессионалом своего дела.

Возможно, именно это позволило Чеховичу избежать гибели или плена в самые страшные и тяжелые первые месяцы войны. Возможно, его совершенно потрясающие собранность и хладнокровие. А, может – сумасшедшее везение, которое еще не раз даст о себе знать? Хотя, вряд ли – скорее все-таки говорить стоит о воинском профессионализме и холодной ярости, с которой Чехович бил врага, не считаясь с опасностью и риском. Да и можно ли считать везением приказ, полученный старшим лейтенантом в августе 1941 года: в составе диверсионной группы пересечь линию фронта в районе Ленинграда, выйти на связь с местными партизанами и заняться организацией в буквальном смысле подрывной деятельности во вражеском тылу. Специалист по минно-взрывному делу уровня Чеховича, конечно же, был бы настоящим подарком для любого отряда народных мстителей.

Одного желания нанести максимальный вред врагу было маловато – требовалось умение, которого у ставших партизанами вчерашних колхозников, строителей и людей прочих сугубо мирных профессий, как раз и не было. Впрочем, начавшийся вполне благополучно поход в тыл противника закончился трагически. Вот уж никак не походило на счастливое стечение обстоятельств то, что группа Чеховича, увы, была полностью уничтожена, не успев толком даже миновать передний край. Никто и никогда уже не сможет установить – было ли это случайностью или же случилось предательство и наши бойцы нарвались на хорошо подготовленную засаду, ожидавшую «гостей» с противоположной стороны фронта. Для верности красноармейцев накрыли прицельным минометным залпом, убившим на месте четверых из пяти. Чехович «отделался» лишь тяжелой контузией, в чем и убедились подошедшие добивать уничтоженных диверсантов гитлеровцы.

Опять повезло? Да как сказать… Фашисты не прикончили Чеховича, как зачастую поступали с нашими ранеными бойцами. Он оказался в концентрационном лагере – одном из двух, располагавшихся в окрестностях старинного городка Порхова, что в 80 с лишним километрах от Пскова. Каковы были его шансы выжить? Судите сами, с учетом того, что в одном из имевшихся там пересыльных концлагерей «Дулаг-110» за время оккупации (с 1941 по начало 1944 года) оккупанты замордовали насмерть 85 тысяч наших военнопленных. Другой же лагерь – «Заполянье», в который угодил Чехович, и вовсе был настоящим конвейером смерти – там регулярно уничтожали попавших в лапы гитлеровцев партизан и их «пособников», а также просто мирных жителей, в основном евреев и цыган, которых везли туда для «окончательного решения вопроса» со всей округи и даже из Риги.

Понятно, что уцелеть «взятый с поличным» при переходе линии фронта Чехович в этом аду не смог бы – местная контрразведка не бралась за него всерьез лишь потому, что после контузии он был совершенно непригоден для вдумчивого допроса с пристрастием. Дожидаться, когда его сочтут выздоровевшим, наш герой не стал – через дюжину дней в концлагере его не было. Более того – совершив дерзкий побег, Чехович и не подумал воспользоваться обретенной свободой для того, чтобы затаиться или даже пробраться обратно к своим. У него было боевое задание и он обязан был его выполнить. Заметьте – рядом никаких заградотрядов, особистов с наганами. Только собственная совесть и воспитание советского человека, чью землю топчет враг… Несколько дней спустя неудержимый одессит вышел на связь с командованием 7-й ленинградской партизанской бригады. И получил новый приказ.

Прилежный часовщик

Уж не знаю, что испытывал Константин Чехович, когда ему была поставлена очередная боевая задача, поскольку простыми словами его можно было бы свести к фразе: «Топай, откуда пришел!» Нет, не за линию фронта, а в тот самый Порхов, откуда он с таким трудом вырвался. Обживись в городке, легализуйся и жди новых указаний – на связь с тобой выйдут, когда придет время. Приказы, как известно, не обсуждаются, а выполняются, и Чехович справился с этим блестяще – через месяц у него в городе была не только работа и кров, но и… законная супруга! Оперативное прикрытие? Да нет – как раз та самая любовь с первого взгляда, которая вопреки утверждениям циников, все-таки существует. Первый ребенок родился у молодоженов уже в 1942 году. Впоследствии Евдокия Васильева – молоденькая девушка, предложившая симпатичному незнакомцу квартировать в ее доме, прошла с ним все тяготы, невзгоды и радости их совместной жизни. Однако все это было потом. А пока что Чеховичу необходимо было по максимуму использовать все выгоды и преимущества своего нового положения.

Трудоустроился он на местной электростанции, на которую партизаны уже давно «точили зубы» и сразу же начал вдумчиво присматривать места для закладки зарядов, необходимых для того, чтобы разрушить этот важный объект до основания. Как работнику, занятому на ответственном участке, оккупанты выдали ему «ночной пропуск», позволявший перемещаться по городу даже во время комендантского часа, чем подпольщик и пользовался – понятно, что для дел, которые фрицев совершенно не обрадовали бы. Более того – Чехович оказался прекрасным часовщиком и к нему потянулись вереницы желающих починить свои хронометры. Были среди таковых и немцы в немалом количестве. Партизан, склонившись над пружинками и шестеренками, прилежно изображал работящего, но недалекого ремесленника, ни уха, ни рыла не смыслящего в языке «арийских господ». Те увлеченно болтали, ожидая окончания починки, а Чехович «мотал на ус». Так партизаны были предупреждены о нескольких внезапных карательных рейдах и получили много другой важнейшей информации.

Впрочем, все это было не то. Все-таки Чехович по своей подготовке был не разведчик, способный годами таиться ради того, чтобы добыть секретные сведения, а диверсант. Душа требовала действия, и сил дальше смотреть на вольготно шляющихся по городу фрицев оставалось все меньше и меньше. Командование 7-й бригады носилось с планом взорвать электростанцию или хотя бы мост через реку Шелонь, но с этим все складывалось неудачно: изначально охранявшие их полицаи были заменены на немецких солдат, а режим безопасности на объектах усилен в разы. Сам же Чехович к тому времени сделал воистину головокружительную карьеру: его приняли на работу в местный кинотеатр – сперва киномехаником, а затем и администратором.

О том, в какой степени доверия у гитлеровцев нужно было находиться для этого, говорит тот факт, что в здании «очага культуры», бывшем особняке купца Зацкого, располагалась еще и штаб-квартира подразделения «Абвер-Норд», курировавшего всю разведывательно-диверсионную деятельность нацистов в регионе, а также штаб СД. Именно после получения доступа к такому воистину уникальному месту у Чеховича и начал формироваться план – предельно дерзкий, но действительно гениальный. Надо сказать, что кинотеатр функционировал в особом режиме: по понедельникам, средам и пятницам он был общедоступен для всех жителей города, а по вторникам, четвергам и субботам туда допускалась лишь «чистая публика» – немецкие солдаты и офицеры. Следовательно, имелась возможность нанести удар так, чтобы никто из порховчан не пострадал. Изначально Чехович хотел устроить немцам «праздничный сюрприз к 26-й годовщине Октября» и планировал акцию на 6 ноября 1943 года, выпадавшее на субботу. Однако отнюдь не бывшие дураками оккупанты попросту запретили любые «массовые мероприятия» на период с 5 до 10 ноября. Пришлось терпеливо ждать.

Чехович был подрывником «от бога» – если такое выражение допустимо. Он со своим высшим техническим образованием и боевым опытом прекрасно понимал: для того, чтобы гарантированно угробить всех фрицев, которые соберутся в здании, нужно либо нашпиговать его тротилом на все три этажа, либо сделать так, чтобы филигранно выполненный взрыв заставил «сложиться» вовнутрь добротный, царских еще времен трехэтажный кирпичный особняк. Любой, кто имеет представление о прочности строений того периода, скажет: «Невыполнимая задача!» Тем не менее наш герой (при том, что архитектура в число освоенных им наук, кажется, не входила) нашел выход. Он пришел к выводу, что заряды должны быть заложены в галерее, опоясывающей зрительный зал, где под деревянным полом балкона для зрителей имелось изрядное пустое пространство. Тогда несущие конструкции дома будут разрушены наверняка. Решить – легко, а сделать?!

Для проведения операции партизаны выделили Чеховичу 64 килограмма тола. Их доставка из леса в Порхов – отдельная одиссея, в которой участвовала вся семья подрывника. Квартира, где он жил с женой и маленьким сыном на время превратилась в смертельно опасный цейхгауз, но это было полбеды – ведь всю взрывчатку необходимо было пронести в кинотеатр! Поймают – петля или пуля ждет всех родных. По его собственным воспоминаниям, Чехович таскал тол на место диверсии порциями по две шашки в 400 граммов каждая. Представьте, сколько это предельно рискованных «рейсов»? Впрочем, на завершающем этапе с транспортировкой ему помогала сестра жены – Женя Михайлова, которую он пристроил в кинотеатр уборщицей. На тот момент ей было 15 лет… Будущая смерть гитлеровцев проносилась в зрительный зал в ведрах с грязной водой.

Ходики с боем. Насмерть…

Понятное дело, что об использовании в такой ситуации (битком набитый гитлеровцами зал) традиционного для партизан бикфордова шнура и речи быть не могло. Нужны были электродетонаторы. Как оказалось, их днем с огнем не сыскать ни в 7-й партизанской бригаде, ни в других отрядах, с которыми у нее была связь. Что поделать, Чехович собственноручно изготовил их – целых пять штук. Оставалось последнее – запускной механизм. Ну, тут уж для опытного часовщика проблем не возникло. Последние часы и минуты гитлеровцам отсчитывали простенькие ходики, запущенные им заблаговременно – в 10 часов утра рокового для оккупантов дня. Зрительный зал кинотеатра имел примерно 600 «посадочных мест», еще сотня набиралась приставных и стоячих. В тот вечер, 13 ноября 1943 года в зале было, что называется, яблоку негде упасть – ведь показывали новейший фильм «Артисты цирка»! Цирк удался на славу…

В 20.00 гиря ходиков, которые Чехович для приглушения звука завесил одеялом, опустилась до конца – и здание сотряс взрыв. Два немецких генерала, сорок офицеров (в том числе – Абвера и СД), семь сотен солдат Вермахта и СС! Присутствовал там, кстати, и комендант концлагеря «Захолмье» – Чехович от всей души «отблагодарил» его за «гостеприимство». В преисподнюю отправились 764 «сверхчеловека», явившиеся на нашу землю с огнем и мечом! Это был небывалый, непревзойденный для партизан успех. Впоследствии гитлеровцы, чтобы скрыть от местного населения масштаб понесенных потерь, будут вынуждены хоронить убитых по двое-трое в одной могиле. Сведения о неслыханном скандале дойдут до самого Гитлера и приведут фюрера в полнейшее неистовство. Брызгая слюной, он будет орать: «Это сделал еврей! Точно – еврей!» До идиота так и не дойдет сущность понятия «советские люди» – аж до самого мая 1945-го…

А что же Чехович? К тому моменту, когда в ночное небо весело взлетали перемешанные с битым кирпичом фрагменты «арийских покорителей мира», он уже приближался к партизанской базе. Жена и сынишка отправились туда заблаговременно. В лес ушли и предупрежденные Чеховичем о взрыве Женя Михайлова вместе с киномехаником Сергеем Шелковниковым. Риск срыва акции? Безусловно, однако допустить, чтобы при взрыве погибли невинные, Чехович не мог. Не пострадал ни единый мирный житель… Опомнившиеся фрицы, конечно, кинулись к нему домой. Там их ожидал «бонус» – в виде прикрученных к дверной ручке связки гранат и оставшихся пары килограммов тола. Чехович впоследствии очень жалел о том, что пусть и запоздало, но понявшие, с кем имеют дело, гитлеровцы в дверь не сунулись – полезли в окно. Мало ему, понимаете ли, было…

Возможностей проявить себя нашему герою еще представилось – хоть отбавляй. После такого «звонкого» дела, спланированного и осуществленного практически в одиночку, в 7-й партизанской бригаде он занял достойное место – начальника штаба одного из отрядов. Это, понятное дело, нашло свое отражение в эффективности деятельности народных мстителей – за последующие несколько месяцев они отправили под откос полсотни немецких эшелонов, взорвали больше дюжины мостов, ликвидировали десятки километров линий военной связи и уничтожили три с половиной тысячи гитлеровцев. Константин Чехович и его семья благополучно пережили Великую Отечественную – все остались живы. Проблемы начались потом… Тогда, когда кто-то написал на героя донос, обвиняя его в пособничестве оккупантам и ставя под сомнение совершенный им подвиг. Вместо заслуженной награды гений диверсионного дела получил ушат грязи.

Надо отдать должное сотрудникам Комитета государственной безопасности, куда поступила гнусная кляуза – они разобрались во всем достаточно быстро и предельно квалифицированно. Тем не менее, в прессе начали появляться «разоблачительные» статьи, где выдвигались воистину безумные версии того, что произошло в Порхове 13 ноября 1943 года. Кто-то пытался утверждать, что все случилось из-за «неосторожного обращения немцев со взрывчаткой». Бред, не выдерживающий критики. Некоторые дописались до того, что гитлеровцы… сами устроили взрыв, чтобы «обеспечить прикрытие своему агенту, внедряемому к партизанам»! Ага – и разнесли при этом в клочья парочку собственных генералов, не говоря уж о семи сотнях соотечественников чинами пониже… Это вообще полная клиника! Как можно было сочинять подобное при живых свидетелях и участниках – тех же Шелковникове и Михайловой? Но поднялась же у кого-то рука, и язык повернулся… Константина Чеховича никто не таскал по допросам, и, тем более, не арестовывал. Но и более чем заслуженного признания его исключительный даже для той беспримерной войны подвиг не получил. Его единственными наградами были медали «Партизану Отечественной Войны», «За оборону Ленинграда» и «За победу над Германией в Великой Отечественной войне». Орден Отечественной войны был вручен ему в юбилейном 1985 году – как и многим другим ветеранам. При этом доподлинно известно, что представление к званию Героя Советского Союза на Чеховича подавалось – но так и не было удовлетворено. Почему? Вряд ли мы это узнаем когда-нибудь…

Как бы то ни было, но эту ошибку еще можно исправить. Пусть Константина Александровича уже больше двадцати лет нет с нами, но живы его дети и внуки. Живы все мы – наследники великой страны, за которую он воевал. Разговоры о присвоении Чеховичу звания Героя России велись неоднократно – и политиками, и представителями местной власти Порхова, где ему хотя бы открыта в 2013 году мемориальная доска. Но почему не памятник? Почему в нынешнюю, 75 годовщину Великой Победы, не увековечить подвиг одного из ее достойнейших творцов, не наградить его, как должно? Квентин Тарантино в своем фильме о побеждающих Гитлера «бесславных ублюдках», фактически украл подвиг Чеховича, приписав его не существовавшим на Западе «героям». Так у нас крадут память, гордость, Победу… А мы смотрим дрянные киноподелки – как зарубежные, так и, увы, отечественные, забывая тех, благодаря кому живем в этом мире.

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

Загрузка...

Рекомендуем почитать

Новости партнеров