Об исторических подделках

, Загадки  •  84
Известно много путешественников в Московию, чьи труды снабжены подробными описаниями и красивыми рисунками.
Одним из, пожалуй, самых почитаемых является Барон Сигизмунд фон Герберштейн (нем. Siegmund Freiherr von Herberstein, 23 августа 1486 — 28 марта 1566) — австрийский дипломат, уроженец современной Словении (владел местными диалектами, что помогло ему в России), писатель и историк.
Наибольшую известность как в России, так и за её пределами, приобрёл за свои обширные труды о географии, истории и внутреннем устройстве Московского Великого княжества и Русского царства. Дважды посетил Московское княжество: в 1517 году выступал посредником в мирных переговорах Москвы и Великого княжества Литовского, а в 1526 году — в возобновлении договора 1522 года.
Так вот, про известные записки Герберштейна 1567 года стоит почитать на форуме Новой Хронологии. Весьма интересное обсуждение о вопросах подлинности и количестве изданных копий книги Герберштейна прекрасно иллюстрирует как обстоят дела с фальсификациями исторических документов.
Приведу несколько выдержек из обсуждения:
«Весьма замечательное библиографическое явление было в 1795 году, когда немецкий перевод «Записок о Московитских делах» Герберштейна (по изд. 1567 г.) был перепечатан по повелению Екатерины II, которая случайно прочитала это сочинение, нашла весьма любопытным и вознамерилась издать. Придворный книгопродавец Вейтбрехт взял на себя это издание, а Бакмейстер занялся редакцией его. Вейтбрехт с любовью принялся за дело, заказал в Париже особую желтоватую бумагу, которая цветом подходила бы к подлинной; шрифт выбран был самый старый, какой находился в типографии, и который все-таки впрочем отличался от оригинала. Через год издатель окончил уже печатание и доложил Государыне о скором выпуске в свет книги: оставалось сделать карты и рисунки.»
Сегодня подобное издание назвали бы просто — подделкой, тогда, видимо, это было в порядке вещей.
«Далеко не все описанные гравюры вошли в первое издание книги. Оно появилось в Вене, в типографии Эгидиуса Адлера (Аквилы) и Иоганна Коля (Карбо), без указания даты, места и автора.» [из описания издания 1549 года, приведенном в издании 1988 года на страницах 360-361]»
Далее в процессе обсуждения выясняется, что как минимум 3 версии изданий существовали до Екатерины, что всего изданий было около десяти о которых, впрочем, мало, что достоверно известно, знаем лишь, что Екатериниская подделка дополнена рисунком двуглавого орла на титуле.
В книге Фафурина Г.А. приведены титульные страницы издания выпущенного в Базеле  и Петербурге. Видна разность использованного шрифта, Петербургская копия дополнена рисунком черного двуглавого орла.
и теперь имеем возможность сравнить с экземпляром из Геттингена и Лозанны.
Обратите внимание, что издания датируются одним и тем же годом, якобы выпущены книги в одном и том же городе хотя доподлинно известно, что это не так. Можно лишь гадать, был ли честен и объективен автор, выпуская свою книгу в первый раз, и тем более, все меньше веры в тексты, переизданные позднее.
Подделки исторических документов и даже монет — не новость и сегодня, а когда-то этим серьезно занимались, и открыто, на государственном уровне.
Игорь Шкурин приводил примеры массовой фальсификации монет на уровне Петербургского монетного двора:
«Заявки на изготовление фальшивых монет выполнялись вполне официально и начальник монетного двора Армстронг пишет: «…вместо той пользы, какую по-видимому, можно бы ожидать от увеличения в нумизматических собраниях древних монет, нынешняя фабрикация их послужит прямо к вреду науки». И далее: «… я не полагаю, чтобы Монетный двор, … место, где уничтожаются все найденные в государстве фальшивые монеты, мог приготовлять таковые древние монеты, которые в существе своем тоже должны быть причислены к фальшивым», тем более, что «у всех образованных народов подделка древней монеты считается непозволительною и бесчестною».
От коллекционеров отбоя не было: «В октябре 1845 г. в Департамент горных и соляных дел (в дальнейшем — ДГСД), которому подчинялся в то время Монетный двор, поступило очередное, отнюдь не первое, прошение петербургского купца С.А. Еремеева, именовавшего себя «Комиссионером Императорской Публичной Библиотеки по части Нумизматики, Соревнователем Московского Общества Истории и Древностей Российских» просил «для пополнения коллекций некоторых казенных заведений и собственного моего собрания» (это его обычная формула при прошениях такого рода) дать указание Монетному двору об изготовлении монет по прилагаемому к прошению реестру…»
Кроме купца Еремеева в статье В.В. Бартошевича приводятся и другие заказчики, диапазон запросов которых исключительно широкий: среди заказанных были монеты великих князей Василия Дмитриевича, Василия Васильевича и Ивана Васильевича, рубли и полтины царя Алексея Михайловича, Лжедмитрия, петровские тынфы, серебряные двухрублевики 1722 г., пробные рубли Александра I, сестрорецкий рубль 1771 г., бородовые знаки и прочие.
Если даже целый начальник Петербургского монетного двора понимает, что нехорошо делать фальшивки, пишет докладные об этом, но при этом всё равно продолжает выполнять политику партии и правительства, то что говорить о каких-то писцах, чиновниках и прочих грамотных людях покорённой Московии? Они «указ Петра-1» напишут прямо тут же «на коленке» максимум за полчаса. А за стабильный кусок хлеба они перепишут древним почерком «17 века» хоть всю мировую литературу, только работу давай, начальник.»
Витсен и Олеарий так же, переиздавались не раз. Не берусь судить об аутентичности древних текстов, но рисунков к книгам, если сравнивать первые и последующие издания, становилось все меньше и меньше.
Хотя бы для сравнения: издание Олеария 1696 и 1967 года. В новом кроме титульной страницы есть еще пара низкокачественных врезок из мозаики крохотных гравюр.

Казалось бы, совершенствовалось книгопечатание, прекрасно выполненные старинные гравюры только добавили бы покупательского спроса книгам, да и кто мы такие, чтобы корректировать исторические документы, но нет, рисунки из новых изданий таинственным образом исчезали.
Не надо быть историком или провидцем, чтобы понять причины этого. Достаточно найти утерянные гравюры в первоисточниках и посмотреть, что на них! Такая возможность есть.
Но, даже и оставленные рисунки мало когда согласуются с текстом, примером тому опять же Витсен в современном издании. Под рисунком Крымской крепости Перекоп видим описания проживающих там издревле диких племен, стрелков из лука, не умеющих готовить пищу на огне.
Николаас Витсен «Северная и Восточная Тартария» Перекоп
Совершенно очевидно, что текст никак не согласуется с видом Перекопа и примеров подобных нелепиц масса.
Поэтому, когда мне говорят, что приводимые мной рисунки — подделка, шутка или просто ерунда, что на основе их нельзя строить никаких версий, что большинство исторических документов совершенно согласуются и нельзя им противопоставлять 2-3 странных рисунка — мне смешно. Именно по таким рисункам, как по крупицам, можно еще составить картину прошлого, а не по текстам.
Да и не обязательно менять тексты целиком — иногда, особенно при переводе, изменить смысл фразы даже на противоположный очень легко, да и запятая, поставленная не в том месте, может кардинально изменить смысл утверждения. Один абзац или страничку пропустил, что-то поменял местами, где-то замылил, где-то подкорректировал какую-то мысль, и дело в шляпе.
С рисунком такие фокусы не пройдут. Каждый из нас, сравнив рисунки двух разных изданий на любом языке, увидит различия сразу, а вот переводчиков со старонемецкого или читающих по-латыни, к примеру, не так много.

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники


Рекомендуем почитать

Новости партнеров

Заказать славянские обереги