Мусорный абсурд: Кто разделяет, тот не властвует

, Наука  •  170


Президент Владимир Путин в недавнем послании Федеральному собранию озвучил цель: 60 процентов твёрдых коммунальных отходов (ТКО) должны перерабатываться. Мировой опыт показывает, что эта цифра может достигать и 80 процентов. А это невозможно без введения раздельного сбора отходов (РСО) на уровне домохозяйств. Ведь вторсырьё должно быть сухим и чистым, так как каждый его вид затем используется для производства отдельного типа продукции.

Парадокс в том, что многие наши сограждане сами не только выучили новый термин, но и уже готовы добиваться того, чтобы им наконец дали возможность сдавать вторсырьё на переработку рядом с домом. Ведь доступной каждому жителю страны инфраструктуры для раздельного сбора отходов как не было, так и нет.

Москва вообще отложила вступление в мусорную реформу на три года. Те контейнеры для раздельного сбора, которые москвичи видят на улицах, — это либо «пробы пера» некоторых региональных операторов по обращению с отходами, либо инициатива общественных организаций, а порой и вовсе сомнительные эксперименты.

Москва — аутсайдер мусорной реформы

Многие знают, что в Москве работает два мусоросжигательных завода (МСЗ) — в Восточном и Южном округах, — которые выбрасывают в воздух ядовитые вещества диоксины. На одном из них, Мусоросжигательном заводе №4, который эксплуатирует ООО «Хартия» (региональный оператор Ногинской зоны и двух округов Москвы), по словам его директора Валерия Романова, сортируется лишь порядка шести процентов поступающих отходов. Эту цифру он озвучил на экскурсии для жителей и активистов.

Остальные московские отходы, не сгоревшие в печах МСЗ и не попавшие в баки с раздельным вторсырьём, увозят на свалки, в том числе несанкционированные. А вот рециклинг (переработка) отходов, который по законам России должен быть основным способом избавления от мусора, так и не ведётся. И это несмотря на то, что предприятия по переработке в России есть. По данным Министерства экологии Московской области, только в этом регионе их 432, и все они испытывают дефицит сырья.

Как так могло получиться? Проблема не решается ещё с конца прошлого века, когда предполагалось построить 10 мусоросжигательных заводов вокруг Москвы, крупнейшего производителя бытового мусора в России.

От идеи строительства МСЗ отказались, но ничего другого так и не создали, хотя эксперты и предприниматели предлагали руководству города проекты по безопасному обращению с отходами. Если бы тогда к ним прислушались, этот опыт уже смогли бы перенять по всей стране, и сейчас люди не дышали бы свалочными газами и диоксинами. Но вышло иначе. Москва семь лет назад отдала эту сферу деятельности на откуп региональным операторам, которые должны были создать свою или использовать чужую инфраструктуру по обращению с отходами. Сдвигов до сих пор нет.

Что можно констатировать за первые семь лет работы региональных операторов в Москве. Им из бюджета было выделено 142 млрд рублей. Инфраструктуры мы не видим,— заявила Альбина Дударева, председатель Комиссии «Охрана здоровья, популяризация здорового образа жизни, развитие физкультуры и спорта, экология и защита окружающей среды» Общественной палаты РФ на мартовском Московском гражданском форуме.

В Москве есть территориальная схема по обращению с отходами, по которой 22 млн тонн отходов размещается в других субъектах. Где конкретно? Даже это, по словам Дударевой, — загадка.

Представители департамента ЖКХ, в чьей компетенции теперь находится сфера обращения с отходами, не сочли возможным прийти на круглый стол по вопросам отходов в рамках Московского гражданского форума, крупнейшего городского мероприятия с участием общественности, чиновников и бизнеса.

Чиновники избегают публичности. Департамент ЖКХ Москвы не идёт на диалог с гражданами. Не объясняет, что же они задумали. Нас игнорируют,— пожаловалась Дударева.

«Низы» давно готовы, а «верхи» не замечают?

Картина вырисовывается странная. Жители России готовы сортировать свои отходы. По данным опроса Фонда «Общественное мнение» (ФОМ) за 2017 год, таких людей в стране уже 92 процента. А операторы по обращению с ТКО и новая мусорная реформа этих возможностей им не предоставляют.

Пока Москва импровизирует с РСО, в Московской области, которая реформу уже официально внедряет, во дворах с января этого года поставили по два контейнера: серый — для сухих, по мысли организаторов, пригодных к переработке отходов, и синий — для мокрого, то есть «ненужного» мусора. Но куда попадают эти отходы потом, и объясняют ли жителям, что пищевые остатки можно выбрасывать только в серые контейнеры?

«На вид наши новые мусорные баки очень похожи на обычные и стоят на тех же контейнерных площадках. Не погружённому в тему мусорной реформы человеку сложно понять, что это контейнеры для РСО, и как именно ими пользоваться», — уточнила Татьяна Юрьева, активист движения «Экологика», жительница подмосковной Балашихи.

Активисты в Балашихе не раз фиксировали, что отходы из них сваливаются в один мусоровоз, который везёт их, разумеется, не на переработку.

Подобное, увы, случается и на территории, подведомственной и московским мусорным «импровизаторам». Чтобы доказать это, находчивые москвичи поставили маячок на машину, которая увозит раздельно собранные отходы с проспекта Вернадского. Выяснилось, что компания «МКМ-логистика», оператор по обращению с отходами Западного и Юго-Западного округов, привезла их на Хованскую свалку. Об этом на Московском гражданском форуме рассказали сотрудники одного из местных ТСЖ. Активисты отмечают, что так люди неизбежно теряют доверие к РСО. Сами же жители этого ТСЖ пока верят, что смогут добиться того, чтобы их раздельно собранные отходы всё-таки попадали на переработку. Они уверены, другого выхода у них просто нет.

Царьград уже писал о том, что мусорная реформа в России пока находится на первобытном уровне: операторы мало сотрудничают с переработчиками, отходы часто попадают на нелегальные свалки, в Москве мусор жгут под открытым небом даже в престижных районах города.

Но очевидно, что обычные люди уже выросли из коротких «мусорных» штанишек. Царьград поговорил с одной из жительниц района Ивановское Восточного округа, которая не выбрасывает все отходы в одну кучу уже более пяти лет. Ирина Богатырёва начала практиковать РСО ещё до появления в Восточном округе во дворах специальных сеток под основные фракции вторсырья от ООО «Хартия». Ведь их ещё тогда можно было сдать в специальные пункты крупных переработчиков и во время акций общественных организаций.

Богатырёва описывает свой опыт так:

У меня всё организуется довольно просто, места даже в однокомнатной квартире не занимает, запаха не выделяет. На весь пластик использую одно ведро на кухне, предварительно промываю пластик под холодной водой. Стеклянная тара у нас возникает редко, держу её там же. Бумага складируется в другое ведро, в комнате. В Ивановском (а также в Новогиреево, насколько я знаю) сеток для раздельного сбора теперь становится много. Мы относим пластик один-два раза в неделю, так как больше не набирается, бумагу — раз в две недели. Батарейки, лампы и прочие опасные отходы появляются не так часто, хранятся в жестяной банке под мойкой. По её словам, в Ивановском батарейки сейчас принимает одна известная торговая сеть, так что долго хранить нет нужды. Лампочки можно отнести в известный магазин бытовой техники. У нас лампы экономичные, меняем один раз в несколько лет. В общем, проблем не возникает, захламлённости нет, всё это вопрос привычки — я уже по-другому жить просто не могу,— подытожила Богатырёва.

Таких, как она, в одной только Москве десятки тысяч. Многие из тех, кто сейчас не сортирует отходы, не доверяют тем или иным мусорным операторам, ведь возить вторсырьё через весь город или копить до общественной акции готовы не все.

Получается, что проблема вовсе не в сложности организации процесса переработки и сбора ТКО на уровне домохозяйств, а в том, что организаторы реформы и её настоящие (не офшорные) благополучатели живут в разных реальностях.

Копейкина Виктория

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

Загрузка...

Рекомендуем почитать

Новости партнеров