Кто отравил профессора В. М. Бехтерева?

, Загадки  •  231

Зимой, 28 декабря 1927 года, в газете «Известия» появилось сообщение, что в ночь с 24 на 25 декабря в 23 часа 45 минут «в Москве в квартире профессора Благоволина скончался академик В. М. Бехтерев, приехавший в Москву из Ленинграда на психоневрологический съезд». Внезапная смерть выдающегося невропатолога вызвала недоумение у многих знавших его людей. Поползли слухи, будто кто-то помог Владимиру Михайловичу уйти из жизни из-за диагноза, поставленного им одному пациенту…

ИЗ ОФИЦИАЛЬНЫХ ИСТОЧНИКОВ

В конце зимы 1927 года В. М. Бехтерев отбыл в Москву для участия в работе двух съездов: 1-го Всесоюзного съезда невропатологов и психиатров и 1-го Всесоюзного съезда педологов, посвященного проблеме воспитания и обучения детей. В столицу Владимир Михайлович приехал вместе с женой Бертой Яковлевной и поселился у своего знакомого профессора Московского университета С. И. Благоволина.

Съезд невропатологов и психиатров открылся 22 декабря. Академика избрали его почётным председателем. На следующий день Бехтерев вёл заседание съезда по вопросам профилактики и лечения эпилепсии. Оно проходило в Институте профилактики Наркомздрава на Кудринской улице.

Вечером 23 декабря учёный с супругой посетил спектакль «Лебединое озеро» в Большом театре, где пребывал в полном здравии. Однако ночью он почувствовал боли в животе. Утром 24 декабря к Владимиру Михайловичу был приглашён профессор Д. А. Бурмин, поставивший диагноз — желудочно-кишечное заболевание и сделавший необходимые назначения. В течение дня самочувствие Бехтерева несколько улучшилось, но уже к девятнадцати часам у него появились симптомы ослабления сердечной деятельности. К пострадавшему вызвали профессоров Д. А. Бурмина, В. Д. Шервинского и других известных медиков. Экстренный консилиум подтвердил диагноз — острое желудочно-кишечное заболевание. Положительного эффекта лечение не дало. Симптомы общей интоксикации организма продолжали нарастать. Спустя час больной стал терять сознание. Вскоре наступило просветление, но ослабление сердечной деятельности нарастало.

В 22 часа 45 минут у больного появилась сонливость. А через четверть часа дыхание стало прерывистым, пульс резко снизился. В 23 часа 45 минут, несмотря на все принятые меры, включая искусственное дыхание, Владимир Михайлович Бехтерев скончался. Агония длилась 2—3 минуты. Врачи констатировали смерть от паралича сердца.

Утром в воскресенье 25 декабря в квартире Благоволина прошло совещание видных представителей медицины с участием профессоров: невропатолога Г. И. Россопимо, невропатолога Л. С. Минора, невропатолога В. В. Крамера, психиатра В. А. Гиляровского, патологоанатома А. И. Абрикосова, которое возглавил нарком здравоохранения Н. А. Семашко.

Тут же стало известно о последней воле покойного: передать его мозг для изучения в Институт мозга в Ленинграде, а тело предать сожжению в крематории.
Днём 25 декабря профессор А. И. Абрикосов вскрыл черепную полость академика, а скульптор И. Д. Шадр снял гипсовую маску. Тело Бехтерева не вскрывалось.
Мозг Владимира Михайловича весил 1720 г — примерно на 400 г больше среднего веса мозга. Если принять во внимание относительно невысокий рост учёного, тот этот факт указывает на ещё больший относительный вес мозга.

Вещество мозга было бледно-розового цвета, извилины широкие, всюду и равномерно развиты, без западаний и атрофических изменений, довольно часто наблюдаемых в старческом возрасте. Мягкая мозговая оболочка была прозрачна. Оболочка, покрывающая основание черепа, гладкая и блестящая. Стенки артерий мозга оказались слегка утолщены. Виллизиев артериальный круг симметрично развит, лишь правая задняя артерия несколько шире левой. Даже простой поверхностный осмотр мозга Бехтерева показал, что он очень хорошо развит, а сосудистая сеть, питающая его, находится в отличном состоянии.

Гражданская панихида, в которой участвовали родные, близкие, сотрудники и ученики Владимира Михайловича, прошла 26 декабря в квартире Благоволина.
«Мы провожаем в могилу, — сказал Н. А. Семашко, — виднейшего деятеля науки, научные заслуги которого известны далеко за пределами нашей страны. Эти заслуги неизмеримы. Ещё в давние времена, когда область нервной деятельности была загадочной и тёмной, академик Бехтерев открыл своим ключом дверь в эту тёмную область, пролив на неё яркие лучи научного света. Уже тогда академик Бехтерев заложил основы рефлексологии, то есть учения, которое наиболее близко к материализму и поэтому является единственно научным пониманием душевной жизни.

Его огромные организаторские способности привели к тому, что с его именем связано создание крупнейшего научного учреждения. С его именем связана идея, которая, я заявляю, осуществлена.

Это — идея создания пантеона мозга великих людей. По злой иронии судьбы первым в этом пантеоне будет мозг самого Владимира Михайловича. Я уполномочен от имени правительства и МК партии склонить голову перед прахом великого учёного».

После Семашко выступали представители советских, общественных и медицинских учреждений Москвы и Ленинграда, отмечавшие выдающиеся заслуги великого русского учёного.

На следующий день, 27 декабря, открылся педологический съезд. Первое его заседание посвятили памяти Бехтерева. Все вспоминали Владимира Михайловича, отмечали его заслуги в науке и общественной жизни страны.

Днём (в начале второго часа) 27 декабря гроб с телом академика вынесли из квартиры и поместили на красный катафалк. Траурный кортеж проследовал на Моховую улицу к 1-му медицинскому университету. В его круглом актовом зале состоялась ещё одна гражданская панихида, на которой выступили ректор университета А. Я. Вышинский и председатель ВЦИК М. И. Калинин.

Через несколько часов после панихиды тело Бехтерева предали огню в крематории при Донском монастыре. Урну с прахом отвезли на Ленинградский вокзал. Туда же из лаборатории А. И. Абрикосова был доставлен и мозг Владимира Михайловича.
Урна (модель Академии художеств) была помещена в небольшой дубовый ящик, обитый чёрно-красной шёлковой материей. Мозг находился в стеклянном сосуде, наполненном формалином и также заключённом в ящик. С Октябрьского вокзала стеклянный сосуд направили в Ленинград в Государственный институт мозга.
Спустя несколько лет после смерти Владимира Михайловича все его родственники были репрессированы.

ЛЕГЕНДА

Об обстоятельства и причины скоропостижной смерти выдающегося учёного были странны и подозрительны. Официальная версия гласила, что Бехтерев съел испорченные консервы (или бутерброд) и потому умер. Но многие поговаривали о намеренном отравлении; о том, что учёному не была оказана квалифицированная помощь.

Где же истина? На первый вопрос довольно убедительно отвечала легенда, ходящая среди психиатров и поныне.

Вот что говорилось в легенде. В начале 1927 года группа партийных деятелей, оппозиционно настроенных к И. В. Сталину, обратилась к Бехтереву с просьбой освидетельствовать психическое состояние вождя. Учёному дали возможность побеседовать с некоторыми его родственниками и предоставили необходимые для постановки диагноза сведения. В декабре того же года во время своего пребывания в Москве Бехтерев якобы встречался со Сталиным лично. Как честный учёный, он делает вывод: вождь болен шизофренией, а посему может нанести большой вред обществу. Своими наблюдениями академик делится с коллегами: «Смотрел одного сухорукого параноика». Будущий генералиссимус узнаёт об этом и приказывает уничтожить Бехтерева. После заседаний на съезде учёный посещает Большой театр. В антракте к нему подходят двое незнакомых мужчин. Завязывается оживлённая беседа, и все трое направляются в правительственный буфет. Бехтерев в компании новых знакомых что-то выпивает и закусывает. Вечером ему становится плохо, и вскоре он умирает.

Таков сюжет легенды. Что тут, правда, а что вымысел? Действительно ли учёный был отравлен, и Сталин имел к этому отношение?

Пока не будут обнаружены подлинные документы, все разговоры о насильственной смерти Бехтерева только вымысел, хотя и правдоподобный. О том, что Сальери, который был психически больным человеком, не виноват в смерти Моцарта, есть неопровержимые факты. В 1991 году английский врач-токсиколог Джеймс установил, что Моцарт действительно был отравлен, как подозревали многие, но вину за это несёт не завистник Сальери, а его личный врач, действовавший, правда, не по злому умыслу, а по невежеству. Именно этот эскулап, лечивший композитора от депрессии и лихорадки, прописал ему летальные дозы ртути и сурьмы.

Когда Моцарт скончался 6 декабря 1791 года, у него были обнаружены симптомы острого воспаления лёгких и почечной недостаточности, ртуть разрушает почки, а сурьма вызывает токсическую пневмонию, однако во времена Моцарта этого не знали.

Но, несмотря на это, легенда о смерти Моцарта от руки Сальери жива. Хотя, кроме врагов, во времена Сталина было убито множество невинных людей, расправа над Бехтеревым выглядит естественно. Легенда о гибели великого учёного от рук генсека более похожа на правду, чем гипотеза об отравлении Моцарта Антонио Сальери. Однако никаких документальных свидетельств этому нет, а есть только слухи, которые всерьёз принимать нельзя.

Наконец последний вопрос: действительно ли Бехтереву оказали недостаточно квалифицированную медицинскую помощь? Факты красноречиво свидетельствуют, что и это вымысел.

Профессор Д. А. Бурмин был выдающимся отечественным терапевтом, одним из последних учеников основоположника отечественной терапевтической школы А. А. Остроумова. В 1918 году его избрали профессором факультетской терапевтической клиники Московской высшей государственной медицинской школы, организованной в Москве при Лефортовском военном коммунистическом госпитале. А в 1921 году он становится профессором и директором госпитальной терапевтической клиники медицинского факультета Московского университета, преобразованного в 1930 году в 1-й Московский медицинский институт.
Профессор В. Д. Шервинский — выдающийся советский терапевт и эндокринолог.

После 1917 года он активно развивал отечественную медицину. Василий Дмитриевич состоял членом Учёного медицинского совета при Наркомздраве РСФСР. С 1919 года он руководил лабораторией, преобразованной в 1923 году в Институт органотерапевтических препаратов. А в 1925—1929 годах профессор был директором созданного на его базе Института экспериментальной эндокринологии.
Совершенно очевидно: Бехтереву оказали необходимую и высококвалифицированную по тому времени медицинскую помощь. И все разговоры, что это было не так, лишены основания.

БЫЛА ЛИ У СТАЛИНА ПАРАНОЙЯ?

Паранойя по определению — это психическое расстройство, клиническая картина которого определяется в основном аффективно окрашенными систематизированными бредовыми (или сверхценными) идеями. Они захватывают определённый круг представлений и развиваются при отсутствии или малом участии галлюцинаций и без выраженных изменений личности.

Мог ли страдать этой душевной болезнью кремлёвский властитель? Нет. Сталин правил огромной страной, был всё время на виду и не смог бы скрыть свой недуг от окружающих. К нему, естественно, относились по-разному. Но никто за 30 лет его безграничного властвования не заподозрил, что он сумасшедший. А если это так, то Владимир Михайлович просто не мог поставить неутешительный для вождя диагноз. Кроме того, Бехтерев и не мог быть приглашён освидетельствовать психическое состояние Сталина. Широко известно, что он был знаменит как невропатолог, а не как психиатр. Отсюда понятно, что мотива покончить с выдающимся учёным, который был верен принципам ленинизма, у Сталина не было.
Но, несмотря на это, в конце 80-х годов прошлого века внучка Бехтерева, Наталья Петровна Бехтерева, публично сделала сенсационное заявление, Она подтвердила, что её дед действительно поставил Сталину диагноз — паранойя, за что и был отравлен.

Возникает вопрос: неужели вождю всё-таки удалось скрыть свой недуг? Нет. В интервью, данном газете «Аргументы и факты» в сентябре 1995 года (№ 39), Наталья Петровна сказала следующее: «Это была тенденция — объявлять Сталина сумасшедшим, в том числе с использованием якобы высказывания моего дедушки, но никакого высказывания не было, иначе мы бы знали. Дедушку действительно отравили, но из-за другого.

А кому-то понадобилась эта версия. На меня начали давить, и я должна была под-твердить, что это так и было. Мне говорили, что они напечатают, какой Бехтерев был хороший человек и как погиб, смело выполняя свой врачебный долг. Какой врачебный долг? Он был прекрасный врач, как он мог выйти от любого больного и сказать, что тот — параноик? Он не мог этого сделать»,


Рекомендуем почитать

Новости партнеров

Заказать славянские обереги