И немцам доставалось в июне-июле 1941 года

, Прошлое  •  289


Послушаешь сегодняшних «историков» и складывается мнение, что только немцы били нас в первый месяц войны, но отдельные немецкие генералы и историки оставили свои свидетельства о мужестве солдат и офицеров Красной Армии и огромных потерях Германией живой силы и техники уже в первые дни Великой Отечественной войны.

Поведали нам о немецких потерях и советские участники войны, честные историки, имевшие доступ к сведениям руководители. Нет, ни маршем во весь рост шли немцы на Москву, Ленинград и Киев, а ползли по-пластунски под разрывы снарядов и свист пуль. Даже французская армия в 1812 году пешком дошла до Москвы быстрее, чем немецкие дивизии с их передовой техникой.

Начальник генерального штаба сухопутных войск Германии генерал-полковник Франц Гальдер в своём дневнике 26 июня 1941 года записал: «Группа армий «Юг» медленно продвигается вперёд, к сожалению, неся значительные потери. У противника, действующего против группы армий «Юг», отмечается твёрдое и энергичное руководство». 27 июня он отмечал: «На фронте… события развиваются совсем не так, как намечается в высших штабах».

11 июля 1941 года Гальдер записал в дневнике следующее: «Командование противника действует энергично и умело. Противник сражается ожесточённо и фанатично. Танковые соединения понесли значительные потери в личном составе и материальной части. Войска устали». 17 июля он написал: «Войска сильно измотаны… Боевой состав постепенно сокращается…».

Так кто же и какими средствами сократил этот «боевой состав» и «материальную часть»? Их сократили наши солдаты и офицеры нашим советским оружием. Германские самолёты уничтожались советской авиацией и зенитками, а танки уничтожались в подавляющем большинстве случаев советской артиллерией.

О боях, проходивших 22 июня – 3 июля 1941 года, немецкий генерал Курт фон Типпельскирх писал: «До 3 июля на всём фронте продолжались упорные бои. Русские отходили на восток очень медленно и часто только после ожесточённых контратак против вырвавшихся вперёд немецких танков».

Пауль Карелл в своей в целом неправдивой книге «Гитлер идёт на восток» всё-таки даёт высокую оценку мужеству советских солдат, сражавшихся в Белоруссии в конце июня 1941 года: «Русские сражались фанатично, и их вели решительные командиры и комиссары, которые не поддавались панике, возникшей после первых поражений». Однако, обратите внимание, вместо слова «храбро» пишет слово «фанатично», между прочим заявляет об имевшей место панике, и разумное мужество наших бойцов превращается в неразумный фанатизм скорее даже не бойцов, а командиров и комиссаров.

Указанные свидетельства говорят о существовании двух правд: всем известной правды наших поражений, да ещё в преувеличенных во много раз масштабах, и никому не известной правды наших побед летом 1941 года. Только в России интеллигенция так информирует население страны. Во всём мире, напротив, прежде всего, информируют о победах, а о поражениях стараются вспоминать как можно реже или вообще не вспоминать.

Но наши «историки», например, пишут неправду о безнаказанной бомбардировке немецкой авиацией самолётов на наших аэродромах. Безнаказанной бомбардировки не могло быть, так как немецким самолётам противостояло дежурное звено истребителей. Истребители поднимались в воздух по сигналу поста ВНОС (воздушного наблюдения, оповещения и связи) до прилёта вражеских самолётов. Посты ВНОС по звуку и визуально обнаруживали перелёт границы и докладывали по инстанциям. 

Немецкая авиация несла колоссальные потери, начиная с первого дня войны, когда целый день упорно пыталась бомбить наши аэродромы. При указанных бомбёжках немцы потеряли количество самолётов, сопоставимое с тем, которое потеряла советская авиация. В томе Х всемирной истории, подготовленном к изданию при нечестном времени правления Н. С. Хрущёва, написано, что мы потеряли в первый день войны на аэродромах 800 самолётов.

Но указанная потеря не могла существенно повлиять ни на темпы продвижения немецких войск, ни на состояние ВВС СССР, имевших на начало войны более 20 тысяч самолётов (только за период с 01.01.1939 по 22.06.1941 года Красная Армия получила 18 тысяч боевых самолётов и 7 тысяч танков). В указанный период промышленность по освоенным технологиям ещё продолжала выпускать старые образцы военной техники и ускоренными темпами осваивала выпуск военной техники нового поколения.

Наличие большого количества техники не позволило противнику разбить советскую армию на земле и завоевать абсолютное господство в воздухе. Вот что писал Нарком авиационной промышленности СССР с 1940 по 1946 годы А. И. Шахурин: «За первые 14 дней боёв, по немецким данным, люфтваффе потеряли больше самолётов, чем в любой из последующих аналогичных промежутков времени. За период с 22 июня по 5 июля (1941 года – Л. М.) немецкие ВВС лишились 807 самолётов всех типов, а за период с 6 по 19 июля ещё 477 самолётов. Уничтожена была треть германских военно-воздушных сил, которые они имели перед нападением на нашу страну».

Таким образом, только за первый месяц боёв в период с 22.06. по 19.07.1941 года Германия потеряла 1284 самолёта. Удивительно, о таких славных наших победах в самый неудачный для нас период войны сегодня знают единицы людей на всю большую Россию.

Так кто же и каким оружием уничтожил эти 1284 самолёта люфтваффе за первый месяц войны? Уничтожили указанное количество самолётов в первые недели войны наши лётчики и зенитчики, потому что имели самолёты и зенитки.

По данным, опубликованным в 2005 году коллективом авторов института всемирной истории РАН, в период с 22.06.1941 по 10.11.1941 года Германия в войне против СССР потеряла 5180 самолётов. Советский Союз за это время потерял 10 000 самолётов. Учитывая, что наши ВВС имели в основном самолёты, уступающие по боевым данным самолётам люфтваффе, и то, что советская армия отступала, не всегда обладая возможностью перегнать самолёты на другие аэродромы, соотношение потерь подтверждает отсутствие у люфтваффе абсолютного господства в воздухе даже в первые пять месяцев войны.

Не только самолёты, но и другая военная техника вермахта уничтожалась частями Красной Армии в огромных количествах. Советские войска имели орудия, способные пробивать броню немецких танков, и грамотных, бесстрашных артиллеристов и танкистов. Самыми тяжёлыми для немцев были катастрофические потери танков. С июня по ноябрь 1941 года вермахт безвозвратно потерял 2326 танков (что больше трети всего парка) и около 800 бронемашин.

Конечно, в Красной Армии потери людей и техникибыли огромны, но в этом нет вины ни Сталина, ни правительства, ни советских солдат и офицеров. В то время во всём мире не было сил, способных противостоять немецкой армии без больших потерь и тем более остановить немецкую армию.

Немецкие потери ужасали военачальников немецких войск. Бывший начальник штаба 4-й немецкой армии генерал Г. Блюментритт отмечал: «Первые сражения в июне 1941 года показали нам, что такое Красная Армия. Наши потери достигли 50%… Наши войска очень скоро узнали, что значит сражаться против русских».

29.06.1941 года Ф. Гальдер записал в дневнике: «Русские всюду сражаются до последнего человека… Лишь местами сдаются в плен». Некоторые наши исследователи утверждают, что в приграничных сражениях в плен сдавались в основном только безоружные сапёры, количество которых составляло более 150 тыс. человек.

Большинство взращённых либеральной Россией историков на радость Западу всех окружённых в бою советских солдат и офицеров автоматически зачисляют в число пленных.

Причём количество окружённых берут по первоначальной численности бойцов. Более того, они называют известные и официально подтверждаемые сведения о количестве личного состава воинских подразделений не только до окружения, но и до начала боевых действий.

Таким образом, вольно или невольно происходит весьма значительное увеличение количества советских военных, взятых противником в плен. А окружённые дивизии сражались, уничтожали наступающего врага и вместе с другими советскими войсками задерживали продвижение войск Германии и её союзников.

Немецкий генерал Гюнтер Блюментрит в книге «Роковые решения вермахта» в главе «Белостокско-Слонимский котёл» пишет: «Поведение русских войск даже в первых боях находилось в поразительном контрасте с поведением поляков и западных союзников при поражении. Даже в окружении русские продолжали упорные бои… Там, где дорог не было, русские в большинстве случаев оставались недосягаемыми. Вот почему русские зачастую выходили из окружения. Целыми колоннами их войска ночью двигались по лесам на восток. Они всегда пытались прорваться на восток, поэтому в восточную часть кольца окружения обычно высылались наиболее боеспособные войска, как правило, танковые. И все-таки наше окружение русских редко бывало успешным».

К сожалению, о всё-таки имевших место успешных наступлениях отдельных соединений наших войск в июне 1941 года писать и говорить не принято. А такие свидетельства имеют место. Например, в период с 23 по 29 июня 1941 года в танковых сражениях под Дубно, Луцком и Ровно наши танковые соединения Юго-Западного фронта разгромили севернее Броды немецкие танковые соединения, в частности 16-ю танковую дивизию, продвинулись на 30-35 километров, ворвались в город Дубно и вышли в тыл 3-го немецко-фашистского моторизованного корпуса.

Немцы подтянули войска с других направлений и спасли моторизованный корпус от разгрома, но сил на окружение наших войск у них уже не осталось. Благодаря указанному контрудару наши войска организованно отошли к Киеву.

Из приведённых свидетельств видно, что войска Красной Армии отступали, но мужественно сражались с гитлеровскими захватчиками. Причина отступления советских войск была связана с превосходящими силами напавшей на нас объединённой Европы. Именно превосходство противника в численности и вооружении являлось причиной отступления советской армии летом и осенью 1941 года. Все остальные факторы не имели значительного влияния на развитие военных событий в указанное время.

По всем теоретическим выкладкам СССР должен был проиграть эту войну. Но мы её выиграли!

Леонид Масловский

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

Загрузка...

Рекомендуем почитать

Новости партнеров